kontrol-soznaniya-xl

Инакомыслие

Автор: Павел Минка.

Свобода слова в привычном понимании подразумевает отсутствие цензуры, запретов на выражение идей. Но почти не говорят о том, что свобода слова предполагает и возможность выражения идей.

Абсолютной свободы слова нет нигде. В любом обществе есть и свои свободы, и свои ограничения. Распространенный миф утверждает, что свобода слова в идеальном виде существует на Западе. Но на деле мы сталкиваемся здесь с очень изощренным аппаратом цензуры и со многими препятствиями в этом плане. Существует медийное закулисье, состоящее из владельцев СМИ, связанное с финансово-политическими кругами. Оно определяет, какую информацию и в каком виде дать миллиардам людей, а какую – скрыть. Важную роль здесь играет каста рекламщиков и пиарщиков — профессиональных пропагандистов. Без должной рекламы получить широкое распространение не сможет никакая информация. В подавляющем большинстве случаев западные СМИ выполняют определенный политический и идеологический заказ. Здесь неважно, кто прав, а кто виноват, не имеет никакого значения, что правда, а что – ложь. Вам покажут и расскажут только то, что выгодно манипуляторам. В редких случаях мы имеем дело с журналистской этикой, основанной на том, чтобы доносить правдивую информацию и подвергать анализу события и факты. И то это существует в той мере, в какой не составляет помехи для медийного закулисья.

Свобода слова в западном обществе зависит напрямик от твоего кошелька. Тебя издадут, покажут по ТВ, пригласят на радио, разрекламируют лишь в том случае, если это будет подкреплено финансово. Либо ты сам платишь, либо за тобой стоят силы, которые открывают тебе доступ к СМИ. Но стоит помнить, что даже если у тебя есть необходимая финансовая база, выражать необходимо лишь то мнение, которое не повлечет за собой реакцию механизма цензуры и принуждения.

Система образования в западных странах аналогично выполняет пропагандистскую функцию. Здесь мы имеем дело с навязыванием определенной мифологии, искаженного взгляда на историю, промывку мозгов. Школа на Западе абсолютно несвободна и лишена толерантности. Прикрываясь идеями терпимости, толерантности, свободы слова и мысли, работники системы образования на деле призваны так или иначе выполнять пропагандистскую функцию и заниматься идеологической обработкой. Здесь под видом борьбы с определенными формами дискриминации распространяются ее другие формы.

Говоря о свободе слова, необходимо вспомнить о законе соотношения подлинности и видимости. Подлинность нередко выгодно скрывать, а видимость – выставлять на первый план и расширять. В этом смысле вашу свободу слова может ограничивать окружение – близкие, начальство, сотрудники. Даже если вы находитесь в рамках законности, ваше окружение аналогично имеет все возможности именно законно ограничить вашу свободу слова.

Подобная ситуация наблюдается и в постсоветских странах. В 90-е годы СМИ были очень слабо развиты здесь по сравнению с нынешним положением. В относительно приемлемом состоянии в плане качества находилось российское телевидение, но лишь на фоне телевидения в других постсоветских странах, находящегося на крайне низком уровне. 90-е – это время формирования пропагандистского аппарата в постсоветских странах. Но уже с началом нового века ситуация наблюдается другая – стремительно появляются все новые и новые каналы. Часто это чисто развлекательные каналы, транслирующие продукты массовой культуры. Но значительное число новых каналов ориентировано на то, чтобы выполнять пропагандистскую функцию. За ними стоят олигархические группировки.

Олигархам, разграбившим страну в 90-е и стремящимся к расширению своего влияния, стало очевидно: чтобы играть важную роль в политике и иметь власть, необходимо иметь собственные СМИ.

В 90-е годы на постсоветском пространстве наблюдается идейный хаос. Советский аппарат цензуры и принуждения разгромлен. Одна из основных тем, обсуждаемых в обществе, — это тема репрессий в СССР. На любое ограничение свободы слова смотрят отрицательно и даже агрессивно. Аналогично во всей идеологической сфере наблюдается хаос и отсутствие цензуры. Есть случаи притеснения журналистов, но они единичны. Насилие в сфере свободы слова в это время связано с разгулом бандитизма. И единственной серьезной проблемой остается выход к немногочисленным СМИ.

Это звучит парадоксально, но в постсоветских странах на протяжении долгих лет наблюдается больше свободы слова, чем на Западе, и вызвано это как раз идейным хаосом и отсутствием механизма цензуры и принуждения. Но со временем олигархические группировки захватывают существующие СМИ и создают новые. Систему образования все больше затачивают под пропагандистские задачи. И если в первой половине 90-х годов население занято выживанием, а бандитские группировки ведут ожесточенную борьбу за каждый ларек, то к концу последнего десятилетия из них вырастают финансово-политические мафии, и приходит четкое понимание, что необходимо оказывать влияние на умы, чтобы держаться у власти.

Советский Союз проиграл в идеологической войне по той причине, что здесь был очень грубый и неизощренный механизм манипулирования и промывки мозгов. Аппарат цензуры был примитивным и слабым по сравнению с тем, который сформировался на Западе. В СССР репрессии были открытыми и очевидными. В это же самое время открытые репрессии применялись и на Западе, но при этом широко использовались и другие способы борьбы с инакомыслием. Они обусловлено тем, что в западных странах СМИ были намного более развиты, чем в СССР. Эти способы сейчас переняты и во всей своей полноте используются в России и Украине. Далее речь пойдет об инакомыслии в этих странах и методах борьбы с ним.

Важно отметить, что инакомыслие допустимо как на Западе, так и в постсоветских странах, но в определенных рамках. Оно допустимо, если не оказывает существенного влияния на умы по причине того, что не имеет выхода к широким массам. Его допускает и в том случае, если этот выход есть, но он не несет никакой опасности и не оказывает серьезного эффекта.

В России и Украине инакомыслие выражается в несогласии с новыми идеологиями, которые поддерживаются на государственном уровне. В Украине патриот может критически относится к лицам, пришедшим к власти после победы Евромайдана, но в России патриотическая идея ассоциируется с путинской властью. Есть только Путин, и есть либералы, враги народа, «пятая колонна». Инакомыслящий в России определяется по тому, как он относится к политике Путина, что поддерживает в ней, а что — нет, поддерживает ли он патриотический бум или нет, и является ли его частью. При этом патриот может придерживаться любых политических идей — монархических, коммунистических или демократических.

Стоит отметить апатичность населения России по отношению к политической жизни. Здесь путинская власть воспринимается чаще всего как данность, с которой нужно считаться. Ее не воспринимают ни хорошо, ни плохо, а как то, что есть и с чем надо мириться. В провинциях – очень низкая политическая активность.

Но примеров инакомыслия мы можем увидеть в России достаточно. Пропаганда, как западная, так и украинская, утверждает, что в России — абсолютный тоталитаризм, и за одно неосторожное слово тебя тут же вяжут представители спецслужб и увозят в застенки. На деле же публичная критика путинской власти, несогласие с ней, критика политики правительства и военных действий, которые ведет Россия, присутствует, хоть и в ограниченной мере. Но допускают ее по той причине, что она не представляет особой угрозы для нынешней власти и не имеет серьезного влияния на умы. Кроме того, население России до такой степени поддерживает путинскую власть, что инакомыслящий вызывает скорее ненависть, чем симпатию.

В Украине инакомыслящий определяется по следующим признакам:

— не поддерживает Евромайдан;

— имеет пророссийские взгляды;

— симпатизирует СССР или ностальгирует по нему;

— скептически относится к патриотическому движению.

В одно время по всей Украине висели бигборды, которые призывали звонить в Службу безопасности и доносить на человека, который подпадает под эти признаки. Это объяснялось необходимостью выявления сепаратистов среди населения.

Ситуация с инакомыслием в Украине серьезно обострена. После победы Евромайдана свободы слова стало гораздо меньше. Финансово-политическая группировка, к которой принадлежал Янукович, мало учитывала роль пропаганды. Поэтому Оранжевая революция и Евромайдан стали возможны как раз по той причине, что за собой имели мощный механизм манипулирования. При этом снова на насилие над инакомыслящими, причем впервые после распада СССР, стали смотреть как на что-то необходимое, спасительное. Агрессивное отношение стал вызывать даже тот человек, который не является сепаратистом, но при этом отрицательно смотрит на патриотическое движение и его идеологию.

Но помимо репрессивного метода существуют и другие, которые используются для борьбы с инакомыслием. Один из них – это целенаправленное замалчивание. Не просто игнорирование, а всякое препятствование, чтобы неугодная информация не вышла к массам через СМИ. Чтобы твоя идея была услышана, нужен доступ к СМИ и реклама. Ты можешь быть самым гениальным человеком на планете Земля, открыть теорию вселенной и разгадать все тайны мироздания, но если тебя не допустят к средствам распространения информации и не прорекламируют, то твои идеи не станут известными. Конечно, есть интернет, но много ли людей найдет твой сайт среди миллионов других? Информация в интернете плодиться с невероятной скоростью, и без должной рекламы существует крайне низкая вероятность, что твой сайт обнаружат. Конечно, можно найти исключения, и через интернет нередко популярность обретают люди, не имеющие изначально ни денег, ни связей с медийными кругами, но они, как правило, талантливо производят примитивный массовый продукт.

Замалчивание проявляется в том, что люди, от которых зависит выход идеи к массам, ее озвучивание (владельцы или сотрудники СМИ, научно-философские круги, государственные чиновники и другие) активно блокируют ее или проявляют сознательное игнорирование. Конечно, причины у них могут быть разные, но мы говорим о замалчивании как форме борьбы с инакомыслием. Идея, которая не попадает в СМИ, фактически является мертвой. Не нужно запрещать, нужно – не допускать.

Но есть и другой способ активной борьбы с инакомыслием – пиар идеи, но в искаженном виде. Это даже можно назвать формой замалчивания. Берется инакомыслящий или идея, но его образ или его идею искажают, изменяют смысл. Искажение возможно даже такое, когда эта идея начинает нести противоположный смысл, чем в оригинале. Такую операцию можно проделывать и с видимостью уважения к инакомыслящему, и очерняя его образ. Например, в России взято имя Александра Зиновьева, бывшего критиком путинской власти. Его высказывания о ней категоричны и недвусмысленны. И в достаточной мере грубы – он не видел с такой властью серьезных перспектив у России. При этом организовывается под эгидой Кремля зиновьевский клуб, где выражаются идеи, диаметрально противоположные зиновьевским. Власть превозносится. Из трудов Зиновьева выдергивают цитаты и вставляют в новый контекст, и в итоге получается, будто мыслитель в свое время был не критиком постсоветского строя, а его защитником и хвалителем путинской власти.

Но можно так исказить образ инакомыслящего и его идеи, что они начнут вызывать отторжение, неприятие, презрение, рвотный позыв. Становится противно иметь с этим дело. Здесь в ход идут разные средства: клевета, ложь, методы манипулирования.

Из книги «Россия и Украина: идеология и манипулирование»

Ответить

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *